Одесские and Canadian мансы

<

В декабре 2006 года в одесском издательстве «Оптимум» вышла в свет книга ныне торонтовчанина, бывшего одессита Михаила Чабана, название которой приведено в заглавии. Уже в заглавии и далее в книге отражается двойственность жизни иммиграции; одной ногой мы еще там, а другой - уже здесь. Книга состоит из 5 глав, четыре из которых по жанру относятся к юмору и одна серьезная – где помещены ранее опубликованные в русскоязычных газетах статьи автора о проблемах иммиграции квалифицированных специалистов в Канаде. Объем книги _ более 300 страниц, включая 100 с лишним рисунков, дружеских шаржей и карикатур. Основные «герои» книги _ шесть «одесских» персонажей, от имени которых автор высказывает различные точки зрения по злободневным вопросам. Ниже приводится отрывок из этой книги (к сожалению, приобрести ее можно только в Одессе.)

Раздел E. 3. Предисловие к введению

(от автора)

Поскольку не было кому написать предисловие, даже за бутылку и даже за ненаши деньги, никто не хотел за это дело голыми руками браться, то пришлось это сделать самому. Вообще писать о себе трудно, просто потому, что человек не может себя оценить объективно, хотя спросите любого автора, и он Вам сразу же и абсолютно объективно и честно скажет, что он пишет одну правду и только правду и, естественно, ничего кроме правды, в отличие от всех других разных-всяких. И даже назовет фамилии. Но опять-таки, объективно, каждый автор себя или переоценивает, от недостатка скромности, что часто относится к так называемой интеллигенции, или недооценивает из-за избытка скромности, что также относится к той же самой интеллигенции. Когда человек говорит: «Постараюсь быть объективным», всегда ждите подвоха - давая каждой сестре по ушам, будет проведена своя завуалированная линия. Так же и я ни от кого ничем не отличаюсь. Что-то хочу сказать о себе объективно, но, конечно, выйдет субъективно.

Если я Вам еще не надоел, то сразу же приступаю к делу. И сразу же отвечу на вопрос: «Кто я такой?» Я не отношу себя к профессиональным писателям или юмористам, во всяком случае, скромно (если Вы верите вообще в скромность, и, в частности, в мою) не считаю себя таковым. Тут возможно будет правильным применить выражение: я просто гулял сам по себе, как та кошка и просто (опять-таки) проходил мимо. Пишу я то, что приходит на ум, а то, что не приходит - не пишу - категорически, как выразилась одна из моих героинь, если можно ее так выразить. Если уж сознаваться, то я более ученый. Хотел написать с большой буквы, но компьютер начал сопротивляться, не хочет, гад, с большой буквы в середине предложения. Ученый не в смысле наученный горьким опытом, хотя это тоже есть и в большом количестве, а в смысле науки, но опять-таки не той, которой жизнь учит, а в которой исследования проводятся и идеи выдвигаются.

Фу, ну, кажется, уже толком объяснил, что хотел и не хотел сказать. Занимался я проблемами гидрогеологии, совмещенной с математикой. Гидрогеология _ это наука о подземных водах, определении их местонахождения, запасов, закономерностей движения, способов и методов добычи, очистки, и охраны. В сочетании гидрогеологии с математикой лежат не только ее крупнейшие научные достижения, но и развитие повседневной практики. На этом поприще я написал, как это не странно, более 100 научных работ в разных научных, родных и зарубежных, журналах (хотел для объема привести список, но все равно читать не будете). Кроме того, официально сочинил 4 изобретения и 10 монографий (так по-научному называются книги), причем несколько из них удалось даже написать без соавторов. Знаю, что не поверите (я ж с Одессы), поэтому прилагаю несколько фотографий обложек книг, изобретения и некоторые научные работы, в том числе распубликованных уже здесь, в здешних канадских и штатовских «серьезных» научных журналах и на здешнем языке, естественно, чтобы уже окончательно доказать, какой я шибко умный и талантливый.

А теперь опять начнем сначала. Я имел честь родиться, конечно, в Одессе. Вы спросите - почему конечно, не всем же рождаться (вырождаться, выражаться – примените сами любой глагол, который понравится) в Одессе. Может же и в Жмеринке родиться приличный человек. Я этого не отрицаю, хотя и не встречал никого из Жмеринки, она просто так, к слову пришлась. Просто здесь не надо путать причину со следствием и лошадь должна стоять впереди телеги, а корова сзади, особенно если Вы хотите ехать вперед, например, на базар, продавать эту самую корову.

Из опять-таки, из лишней скромности, а может, из-за кокетства, я не указываю своего возраста, мало ли чего люди могут подумать, особенно женщины, они всегда что-то подозревают и часто правильно и называется это - женская интуиция.

В Одессе я прожил первые 28 лет моей жизни, если это можно назвать жизнью, исключая 4 года эвакуации в Сибирь во время войны (не гражданской) и трех лет службы в армии, как Вы уже догадались, советской. В доказательство привожу свою фотографию на фоне Боевого Красного Знамени полка, что, как знают знающие люди, было одним из лучших поощрений для солдата срочной службы. Вот теперь Вы сможете кругом-бегом подсчитать мой возраст. В Одессе у меня похоронены мои родители и родственники, живет родная сестра с семьей и двоюродный брат и тоже с семьей, но конечно с другой. Мы активно переписываемся и я иногда приезжаю в Одессу, чтобы проверить, как там идут дела, так что я в курсе всех этих самых дел и делишек.

Жизнь в Одессе у меня была обычной для инвалида пятой графы. Дважды поступал в техникум, Одесский станкостроительный. Второй раз поступил и закончил с отличием. Этим самым что-то кому-то доказал, по крайней мере, себе. Два раза поступал в институт. В итоге окончил университет и опять Одесский государственный и опять третьим в выпуске и опять что-то тому самому доказал. В университете активно занимался общественной работой вплоть до организации первого в Одессе КВН между ОГУ и ОТИПХП. Одесситы знают, о чем речь. После этого я отбыл по направлению из Одессы-мамы в Ростов-на-Дону–папу, где заодно женился и родил первого из трех детей - дочку. Но об этом как-нибудь в другой раз, позже и отдельно расскажу. Потом переехал в аспирантуру в Минск, где и закончил ее успешно с защитой и досрочно, за два года вместо трех. Два раза защищал кандидатскую диссертацию, один из них успешно, догадайтесь – какой и это все за те же самые два года. Потом подготовил докторскую (диссертацию, не колбасу) и только один раз ее защищал, на второй раз уже надоело быть евреем, оставил поле боя стервятникам и уехал в Канаду.

Здесь, в Канаде, как мне кажется, у меня выросло то, что не хватало как у инвалида пятой графы. Здесь я такой же, как все, равноправно-безработный по причине слишком высокой квалификации. Мои соображения по этому поводу в виде нескольких газетных статей можно прочитать на сайте русскоязычной канадской газеты «Русский экспресс». Здесь появилось немного свободного от борьбы за добывание пропитания времени, что, видимо, привело в действие скрытые от самого себя ресурсы. Вот так плавно мы и подходим к проблеме – почему я начал писать вроде бы юмористические рассказы. Писать не научно-технические и не научно-популярные работы я начал совершенно неожиданно для себя, тем более для других. В Торонто работала одна корреспондентка, я ее обычно читал, она приехала сюда из Израиля, побыла здесь около года, регулярно писала статьи в газетах, потом разочаровалась, надоело работать секретаршей, и уехала обратно в Израиль, опять преподавать в университет Хайфы. Все это она описывала в своих статьях, в том числе уже и из Израиля. Ее последняя в Торонто статья перед отъездом меня задела и как бы послужила спусковым крючком, и меня понесло. Я написал статью-отклик – крик души с простым названием «Канаде не нужны хорошие специалисты».

К моему удивлению редакция ее напечатала и, так как статья была большая - накипело, то в двух номерах и мне даже немного заплатили, что очень обрадовало мою жену. Потом они меня пригласили, мы поговорили, они сфотографировали меня, мои научные работы и я стал сотрудничать с ними и написал несколько статей о воде и опять, _ о проблемах иммиграции. На одну мою статью об иммиграции был написан отклик одним из их постоянных авторов. Конечно, я не смог не ответить и написал большую статью. Она опять заняла место в двух номерах газеты, причем они еще страницы 3-4 сократили по части моего критического юмора, чтобы не обижать автора (я имею в виду, конечно, не себя). Кстати с ним мы потом познакомились и даже стали друзьями, и я ему по секрету показал, от чего его спасла редакция.

Когда я увидел, сколько моих душевных страданий и усилий на почве как бы юмора пошло в корзину, я переработал этот материал, избавил его от личных оскорблений и ругательных выражений и получился первый юмористический рассказ от имени Эллочки Туес. Псевдонимы я выбираю, потому что пишу как бы от их имени, стараясь влезть в их шкуру. Кроме того, я всегда могу отказаться от своих слов, подставив «персонаж», заявив, что это не я, а они. Это не реальные люди, а как бы мои обобщенные знакомые, и я их хорошо знаю. За некоторыми могут стоять реальные, но значительно измененные персонажи, один или даже несколько, а некоторые – просто мои фантазии, смешанные с воспоминаниями. Эти персонажи помогли мне подойти к изложению разных идей, событий и фактов с разных точек зрения. Что может сказать один – не может сказать другой, ну вы опять-таки понимаете, что я хочу сказать. Причем мне очень было интересно, что они говорят и думают друг о друге, мне кажется, я на этом даже зациклился.

Еще хочу сказать, в письменном виде, что персонажей мне не хватило, Одесса гораздо более богаче и разнообразнее и не только по национальному составу, как Вы снова понимаете. Но может быть как-нибудь потом... Будем живы – не помрем.

После первого рассказа, вдохновленный одобрением моих друзей-профессионалов литераторов, меня понесло, и я уже не мог остановиться. Выскакивали идеи и мысли, которые я записывал, когда шел по улице, ехал в транспорте... Таких бумаг у меня возникла куча, я их потом терял, с трудом разбирал и вводил в компьютер, учитывая мой почерк и условия написания. Причем, если терял, то никогда не мог точно воспроизвести потерянное. Даже на уже написанный материал иногда смотрю, как на новые ворота – неужели это я, извините за выражение, это самое написал. Пишу я без задних мыслей и без всякой научной системы, нет у меня никаких предварительных планов, сюжетов рассказа, когда я начинаю, то не знаю, как закончу, и что там внутри будет – самому интересно. Хотя может быть «тот, который во мне сидит», знает. Просто я стараюсь думать по образу мышления и от имени персонажа, как это я себе представляю. Возникают какие-то ассоциации, воспоминания того, что уже, казалось бы, давно забыто, а, может быть, и не было. Так, в одном из рассказов, от имени Мани, меня (а точней «Маню») потянуло на Маяковского. Вы спросите – почему? Не знаю. Я его, вообще, уже много лет не вспоминал. Видимо, как-то давно накипело и вот теперь выплеснулось. А заканчиваю так - просто пишу, пока «несет», обычно это 3-4 страницы, и чувствую, что мысли кончаются, значит, надо как-то заканчивать, что я и делаю первым попавшимся под руку способом.

В общем, настоящая графомания. Поскольку я это так и оценивал, то я эти рассказы не посылал в редакции, только показывал моим друзьям. Естественно, они меня хвалили – на то они и друзья, так я это несерьезно и воспринимал. Предложение распубликовать из всего этого книгу было очень привлекательным, я согласился и вот теперь Вы сами судите, что из этого всего получилось (не суди других и сам неподсудным будешь – вольная трактовка известной заповеди).

Итак, первый из персонажей по порядку _ это Эллочка Тухес. В этой фамилии нет ничего зазорного, все в Одессе знают, что хороший тухес тоже нахес, и она об этом тоже потом сама скажет. Эллочка _ обыкновенная одесская взбалмошная, темпераментная бой-женщина, хотел сказать бой-баба, но боюсь, что она еще обидится, а в гневе она необуздана. Имея достаточную потенциальную энергию, в паундах будет за 300 (1 здешний паунд-фунт _ это наши 454 грамма, округленно считай полкила), невроку, точно не знаю, сам не взвешивал (разве можно мысли взвесить?); она также обладает и достаточной кинетической энергией, чтобы переть, как на рояль, когда она считает необходимым и достаточным. У нее обычный одесский апломб, а какой он еще может быть у женщины в Одессе, она имеет свое собственное мнение по всем живо- и не живо- (мертво) трепещущим вопросам мироздания, семьи и брака, и оно всегда расходится с Вашим, так что даже и не спорьте. В споре она всегда права и докажет это, даже если для этого потребуется весь ее живой вес. Она всегда в курсе всех последних сплетен и слухов, не считая уже новостей и вообще все о всех знает - отдела кадров и КГБ не надо. Для меня она как бы мадам Грицацуева в более зрелом возрасте и с одесским привкусом, не спутайте с прикусом.

Маня – ее подруга и очень на нее похожа, но несколько менее полновесна и более интеллигентна, если можно так выразиться, во всяком случае, не забыла школьного Маяковского и даже один раз видела живьем Михаила Водяного на Новом рынке, он выходил из подсобки магазина. Кроме того, у нее за ушами как-никак одесское университетское образование – заслуга ее мамы, хотя в Одессе это ничего не значит, особенно про женщину и для женщины. Главное, чтоб человек был хороший. Где работала Маня, я еще не придумал, но думаю, что-то средне-интеллигентное, может быть, инспектором в райсобесе или конструктором в каком-нибудь конструкторском бюро. Себя она считает очень скромной, по одесским масштабам, и после просмотра известного сериала, говорит: «Зовите меня «Просто Маней», я не обижусь».

Тетя Двойра – замечательный персонаж. Я их всех люблю, так как они мои единоутробные дети, но ее особо. Она как бы среднеарифметическое между мадам Фрекенбок, домоуправительницей из мультика «Малыш и Карсон, который живет на крыше», и Фаиной Раневской, которую я тоже люблю настолько, что считаю ее одесситкой. И не надо меня переубеждать. На вкус что-то вроде торта «наполеон» с перцем. Она мудрая, спокойная (для Одессы) женщина, настоящий торговый профессионал, но не из тех, что в магазинах.

Она всегда знает что почем – номенклатуру рынка и умеет «работать с людами» лучше любого райкомовского работника. Умеет она также работать и с «органами», не подумайте, что человеческого тела. Всех оперсосов штатных и секретных она знала в лицо, несмотря на поднятые воротники и каждый раз другие ондатровые шапки. Обо всех «неожиданных» проверках тетя Двойра знала заранее. Откуда – секрет ее фирмы. В эти дни у нее ничего из продуктов дома не было, даже для семьи. И все знали, сегодня не приемный день, купля – продаж не производиться. И когда к ней домой приходило ОБХ-СС с плановой профилактической проверкой - все всегда было в полном абажуре, продукты спрятаны у надежных соседей и все уверенно играли свои роли. А что, ОБХ-СС как «цыпленок жареный, цыпленок варенный» тоже хочет жить и хочет хорошо жить, несмотря на тогдашний, развитый, но не для всех социализм. Поэтому каждый играл в свои игры типа сыщик-вор: сверху «спускали» цифры и проценты раскрываемости и циркуляры как бороться, наверх шли отчеты и победные реляции о выполнении и перевыполнении, а жизнь шла своим путем и все было путем для тех кто знал что, как, кому и сколько. И, несмотря на провозглашенный партией специально для торговли лозунг: «Покупатель всегда прав», тетя Двойра именно его и придерживалась. Потому и выживала, потому и просуществовала одна против всего государства с его разнообразными внутренними и внешними органами и против тех людей, которые тоже бывают разные.

Семья Пидоприворот с разных сторон, Тарас и Одарка это ободесситившиеся украинцы или обукраиневшиеся (когда будете это слово произносить, слово «хрен» в уме не держите) одесситы, выбор за Вами, как хотите. Это рабочий класс Одессы-мамы. Живут они дружно, но постоянно ругаются – разные темпераменты: один – большой и спокойный – нормальный мужик и пьет нормально, а другая небольшенька ростом, у нее все в кубе, что вдоль, что поперек, все одинаково, недаром ее муж ласково «моей кубышкой» называет. Она энергичная и голосистая, ее за квартал слышно, даже несмотря на то, что рядом трамвай идет, причем рижский, не чешский. Ей бы за оперу выступать, в суде, например, или на стадионе, правда не знаю в каком виде спорта, может быть могла бы за них ядро толкануть.

Наш заслуженный пенсионер, чтобы Вам его немного ярче представить, как бы старуха Шапокляк мужского рода, если, конечно, ее можно было бы склонять по родам. Или даже, может быть, ее внебрачный сын с Бармалеем. Кто не знает, кто это такие, – спросите у своих детей, а то могу кратко, на пару страниц, пересказать сюжет вместе с содержанием. Он там дальше все сам о себе расскажет. Это тоже продукт нашего очень развитого социализма, но применять этот продукт в пищу не рекомендуется. Его характеризует верность линии партии, какая бы эта линия ни была и куда бы она ни вела. Ну, а если вы помните, то эта линия никогда не была прямой, начиная с самого начала и даже раньше. Боюсь, что математики никогда ей названия не найдут. Это что-то в виде многокольцевой кривой с многими поворотами, возвратами, узлами, ложными и секретными направлениями, двойным и тройным дном и такими же стандартами. Упрощенно она напоминает большую-большую петлю для виселицы, куда можно всунуть шею целого народа. Все это требовало, для существования и обслуживания, людей специального сорта, которые там же подбирались и воспитывались. Но в Одессе с этим всегда были большие трудности из-за характера города., хотя, «умные люди» везде есть, так что проблема решалась, кадры выращивались, и Вилен Серапионович и был результатом такой тимирязевско-партийной селекции – сам по себе одессит и как бы одновременно общественно-партийный деятель.

Приложения

1. Первая обложка книги
2. Доска почета Одесской психиатрической больницы